Рамы – страсть и профессия

Рамы – страсть и профессия

От редакции

В 2005 году в Русском музее состоялась выставка «Одеть картину», на которой впервые в России рама была показана как объект искусства. Тогда во вступительной статье к каталогу автор идеи и куратор выставки Оксана Лысенко писала: «Может быть, недалек тот день, когда рамы займут полноправное место в истории искусства». Оправдываются ли надежды? Отчасти. Рамы по-прежнему крайне редко являются предметом искусствоведческого исследования. Но в 2014 году они стали темой масштабного проекта «Драгоценная оправа. Картина и рама. Диалоги» в Третьяковской галерее. Более того, инициатор и куратор выставки Татьяна Карпова организовала первую российскую конференцию по картинным рамам. Интерес отечественных специалистов, антикварщиков и широкой публики к картинным рамам постепенно растет. А что же происходит в Европе, где еще в конце XIX века началось изучение рам? Как там обстоит дело с их коллекционированием, сохранением и реставрацией? Эти вопросы затрагиваются в публикуемой ниже беседе российского специалиста по картинным рамам Оксаны Лысенко и немецкого коллекционера и реставратора Олафа Лемке.

 

В Берлине, на Эйзенахер-штрассе, находится знаменитая галерея картинных рам. Здесь висят итальянские и испанские рамы XV–XVI веков, декорированные в технике сграффито или расписанные красками, голландские рамы, фанерованные эбеновым деревом, золоченые резные немецкие рамы середины XVIII столетия и др. Владелец галереи – Олаф Лемке – человек-легенда, один из лучших в мире реставраторов и знатоков картинных рам, за помощью к которому обращаются специалисты со всего мира. Свою коллекцию Олаф собирал с 1960-х годов. Тогда он кому-то казался чудаком. А сегодня в музеях Германии, Америки, Великобритании экспонируются живописные произведения в его рамах. И, кстати, в известной книге Клауса Гримма, посвященной истории западноевропейских картинных рам (Grimm Claus. Alte Bilderrahmen. München, 1986), наряду с рамами из крупнейших музеев мира опубликованы рамы из собрания Олафа Лемке.

Эту беседу мы с Олафом записали в его галерее в прошлом году благодаря помощи друзей: Химы Роскамп, много лет заведовавшей отделом реставрации живописи Гамбургского Кунстхалле, и специалиста по русско- немецким связям, кандидата искусствоведения Василисы Пахомовой- Гёрес, переводивших с русского на немецкий и обратно.

Оксана Лысенко. Олаф, сегодня в мире не так много людей, для которых картинные рамы – это профессия и важная часть жизни. Вы – один из них. Как и когда это началось? Что привело вас к рамам?

Олаф Лемке (Olaf Lemke). Мой отец был скульптором. В 1933 году он лепил Гитлера и в 1945-м – Сталина. После войны отец больше не работал и часто ходил с нами в музеи. Мама всегда говорила: «Если дети с папой пойдут в музей, он непременно исчезнет в залах». Действительно, он часто встречал знакомых искусствоведов, завязывался разговор, и мы должны были путешествовать по музею одни. В тот период жизни я, конечно, смот- рел не на рамы, а на картины. Кроме того, многие картины и были без рам, потому что в результате эвакуации по окончании войны произведения оказались в разных частях Германии: рамы – на восточной, а живопись – на западной стороне, и до объединения страны многие оригинальные рамы не могли соединиться со своими полотнами.

О.Л. Почему так получилось?

O.L. Потому, что картины, особенно большие, для компактности эвакуировались без рам.

О.Л. Знакомая ситуация. То же самое происходило в Петербурге: картины Эрмитажа, Русского и других музеев эвакуировались без своих рам. Сохранились фотографии и рисунки военных лет, на которых в экспозиционных залах рамы висят без картин.

O.L. После войны отец стал антикваром – торговал всем, но в основном живописью. Если для картины нужна была рама, он отправлялся в расположенную недалеко фирму «Шпренгель и сын» (Sprengel & Sohn), откуда рамы переносил прямо в руках – машины у него не было. В этой фирме было два или три сотрудника. И пока отец занимался своими делами, я беседовал с этими мастерами. В свои 14–16 лет я часто бывал там; по выходным приходил помогать мастерам, чтобы заработать 2–3 марки. В один прекрасный день хозяин фирмы спросил отца: «Не хочет ли ваш сын поступить ко мне на учебу?» И я, окончив десятый класс, пошел туда в ученики. Хозяин фирмы в свое время был поставщиком рам для Геринга. Украденные им картины приносились в фирму, где для них делались рамы. По- этому у дверей мастерской постоянно стоял солдат с автоматом, охранявший наворованное.

Полный текст статьи читайте в выпуске альманаха

Выпуск:  Выпуск № 2, 2018 год
Автор:  Оксана Лысенко / Олаф Лемке
Кол-во иллюстраций:  15